АВИАЦИТАТА

Успех лёта - общее, широкое, народное дело огромной важности для увеличения сил защиты России.

Н.Попов "Война и лёт воинов"

ПАМЯТНЫЕ ДАТЫ

25 Июня
25 июля 1918 г.
В Петрограде была создана 2-я школа морской авиации.
25 июля 1916 г.
Состоялся первый полет самолета "Анасаль" (др. наименование "Анатра-Д" с двигателем "Сальмсон", "Анаде" с "Сальмсоном", "Анатра ДС").
25 июня 1924 г.
На Украине открылись пассажирские авиалинии Харьков-Полтава-Киев и Харьков-Одесса.
25 июня 1919 г.
Состоялся первый полет пассажирского цельнометаллического самолёта "Юнкерс" J13.

АВТОРИЗАЦИЯ



Энциклопедия Брусиловский прорыв: борьба в воздухе. Часть 2 - Наступление
АВИАЦИЯ
Брусиловский прорыв: борьба в воздухе. Часть 2 - Наступление

Сергей АВЕРЧЕНКО (Москва)
Автор выражает благодарность за оказанную помощь в работе над статьёй Б.Ю. Степанову (Санкт-Петербург) и М.А. Хайрулину (Москва).
Оригинал статьи опубликован в "Военно-историческом журнале" №12, 2011 г.

Австрийский самолет Авиатик Б-2в предыдущей публикации мы рассказали о действиях авиации противоборствующих сторон в ходе подготовки к наступлению Юго-Западного фронта (ЮЗФ) русской армии летом 1916 года. В настоящей статье речь пойдёт о борьбе в воздухе непосредственно в период наступательной операции русских войск, т.е. с 22 мая (4 июня) по 22 августа (4 сентября) 1916 года [1].

22 мая 1916 года на рассвете, на две недели раньше намеченного срока, все четыре армии Юго-Западного фронта (8 А, генерал-лейтенант, с 7 июля 1916 г. генерал от кавалерии А.М. Каледин; 7 А, генерал от инфантерии Д.Г. Щербачёв; 9 А, генерал от инфантерии П.А. Лечицкий; 11 А, генерал от кавалерии В.В. Сахаров) [2] после массированной артиллерийской подготовки перешли в наступление. К этому времени в состав авиации фронта входили: управления четырёх авиационных дивизионов (ад) — по одному на каждую армию; 18 авиационных отрядов (13 корпусных (као) — ближней разведки; 4 армейских (аао) — дальней разведки и 1 истребительный (иао)); 1-й боевой отряд Эскадры воздушных кораблей (ЭВК) «Илья Муромец» (2 корабля: II и XIII). По армиям авиаотряды распределялись следующим образом: 8-я армия (8 ад) — 5, 8, 12 и 18 као и 8 аао; 11-я армия (11 ад) — 7 и 2 Сибирский као и 6 аао; 7-я армия (7 ад) — 3, 32 и 35 као, 3 аао, 7 иао, 1-й боевой отряд ЭВК; 9-я армия (9 ад) — 14, 16, 26 и 30 као, 9 аао [3]. Всего к 22 мая в авиаотрядах фронта имелись в наличии 78 аэропланов, из них 28 в 9 А [4]. Разведывательные авиаотряды в основном оснащались двухместными самолётами-разведчиками «Вуазен», «Фарман», «Анаде» и «Моран» нескольких модификаций. В некоторых отрядах имелись также трофейные самолёты немецкого и австрийского производства. Например, 8 као весь период летнего наступления воевал на трофейных германских и австрийских самолётах. 7 иао имел на вооружении одноместные истребители «Ньюпор-11» и двухместные «Ньюпор-10» и «Моска-Быстрицкий» [5].

Сгоревший аэроплан Что касается противника, то точного количества его авиационных отрядов и самолётов в них автору пока установить не удалось. Достоверно известны пять германских авиаотрядов, действовавших в конце мая — начале июня 1916 года в полосе русского Юго-Западного фронта (группа армий генерала А. Линзингена и Южная армия). Это 17, 45 и 54-й полевые (F.Fl.Abt. 17, F.Fl.Abt. 45 и F.Fl. Abt. 54), 220-й и 230-й артиллерийские авиаотряды (A.Fl.Abt. 220 и A.Fl.Abt. 230) [6], по 6 самолётов в каждом. Кроме того, против авиации 8-й русской армии действовали 3 истребительных авиационных отделения Kampfeinsitzerstaffels (Kests) — два в районе Ковеля (Kest Byten и Kest Osiekrow) и одно — Владимира-Волынского (Kest Nowy-Zaharow) в составе 2—6 одноместных истребителей «Fokker E. III», вооружённых синхронными пу-лемётами [7]. Разведывательные германские авиаотряды в основном были оснащены двухместными самолётами «Albatros C. I», «Rumpler C. I» и «Aviatik B. II». В австро-венгерских армиях, противостоявших русским на Юго-Западном фронте (1, 2, 4 и 7-я), к 22 мая 1916 года имелись 14 авиационных рот (Flik 1, 3, 5, 9, 10, 11, 13, 14, 18, 20, 22, 25, 26 и 27) по 6 самолётов в каждой [8]. Австро-венгерские разведывательные авиароты имели на вооружении двухместные аппараты «Hansa-Brandenburg C. I», «Oeffag C. I» и «Lloyd C. II» и несколько одноместных истребителей «Fokker А. III» [9]. Почти все германские и австрийские самолёты-разведчики к весне 1916 года были вооружены одним или двумя пулемётами.

Российское командование имело представление об авиационной группировке противника. С помощью войсковой, агентурной и воздушной разведки удалось выявить расположение вражеских аэродромов. В полосе действия 8 А они были обнаружены в дер. Жмудча, в Луцке (при штабе 4-й австро-венгерской армии) и Копче — 3 аэродрома; напротив фронта 11 А в Ситно, Бродах (при штабе 2-й австро-венгерской армии), п. Подкамень, г. Злочев, п. Богутын, г. Зборов, ст. Езерна и в г. Брзежаны (при штабе германской Южной армии) — 8 аэродромов; на фронте 7 А в п. Баковице, г. Подгайцы (при штабе группы Гофмана), в районе д. Бялокерница, в г. Свейков, г. Бучач и южнее г. Бариш — 6 аэродромов; в полосе действия 9 А в д. Городенка (при штабе группы Гадфи), в г. Коломыя (при штабе 7-й австро-венгерской армии), д. Юркутц (Юркоуц), г. Садагура, г. Черновицы (при штабе группы Шульца), г. Кучурмаре — 6 аэродромов. Итого в полосе русского Юго-Западного фронта были известны 23 неприятельских аэродрома, то есть против российских авиаторов действовали не менее 23 авиационных отрядов противника [10]. А так как на одном аэродроме могли базироваться и по несколько авиаотрядов, то, возможно, их было и больше. Таким образом, к началу наступления авиационных отрядов у противника было примерно на треть больше наших: не менее 23 против 18 российских. Общее количество наличных самолётов в австро-германской авиации в полосе ЮЗФ к 22 мая 1916 года можно оценить примерно в 130—140 единиц. Как видим, противник имел количественное превосходство в самолётах в 1,7—1,8 раз [11].

Австрийский самолет Авиатик Б-1 и Русский истребитель

Успешное наступление русских войск оказалось полной неожиданностью для противника, который передислоцировал в полосу Юго-Западного фронта значительные силы. Получили подкрепления и воздушные силы. Так, в июне 1916 года в районе г. Ковеля (фронт 8 А) были сосредоточены 1-я и 2-я боевые эскадры (Kampfgeschwader — KG. I и KG. II). В состав 2-й эскадры входили 6 боевых отрядов (Kampfstaffel, или сокращённо Kasta) — 7, 8, 9, 10, 11 и 12-й. В составе 1-й эскадры на Восточный фронт были переброшены 4 отряда: 3 своих — Kasta 2, 3 и 5 и Kasta 20, прикомандированный из 4-й боевой эскадры (KG. IV). В каждом боевом отряде было 8—10 самолётов, всего около 100 [12]. Один из отрядов KG. II имел на вооружении двухмоторные трёхместные самолёты-бомбардировщики «AEG G. III» и «Rumpler G. II», которые оснащались оборонительными пулемётными турелями в носу и хвостовой части и могли нести до 300 кг бомбовой нагрузки. Другие пять отрядов состояли из двухместных самолётов «Albatros C. III» и «Rumpler C. I», которые вооружались оборонительным пулемётом у наблюдателя и могли нести до 100 кг бомб. Авиаотряды 1-й боевой эскадры (KG. I) также имели на вооружении самолёты «AEG G. III», «Rumpler G. II» и «Albatros C. III» [13]. Боевые эскадры непосредственно подчинялись начальнику Полевого воздушного флота Германии майору Г. Лит-Томсену [14]. Экипажи боевых отрядов получили значительный боевой опыт на западноевропейском театре, в том числе под Верденом, умели действовать в едином строю и вести групповые воздушные бои. Эти эскадры предназначались в первую очередь для групповых бомбовых атак наземных объектов и патрулирования своего фронта. Их экипажи атаковали любой русский самолёт, пытавшийся проникнуть в расположение противника.

С прибытием в район Ковеля германских боевых эскадр обстановка в воздухе кардинально изменилась, что создало командованию 8-й армии, готовившейся к удару на г. Ковель, дополнительные трудности. За короткий период противник добился полного превосходства в воздухе, подавив противостоявшую ему на этом участке фронта меньшую по численности авиацию 8-й армии. Позже А.А. Брусилов с горечью отмечал: «Одна из причин, не давших возможности овладеть Ковелем, помимо сильных подкреплений, подвезённых немцами, заключалась в том, что у них было громадное количество самолётов, которые летали эскадрильями в 20 и более аппаратов и совершенно не давали возможности нашим самолётам ни производить разведок, ни корректировать стрельбу тяжёлой артиллерии…» [15].

Немецкий ас Э.Бёме перед своим самолетомВ процессе отражения русского наступления немцы усиливали в полосе ЮЗФ также и истребительную авиацию. В начале июля при штабе германской Южной армии (фронт 11-й и 7-й русских армий) было создано отделение, оснащённое истребителями «Фоккер E. III» («Fokker E. III») — Fokker-Kampfstaffel [16]. Наращивало свои воздушные силы и австро-венгерское командование, сформировав в течение июля — августа и направив в полосу действия ЮЗФ 28-ю и 30-ю авиароты [17].

Групповые действия разведывательных и бомбардировочных авиаотрядов противника в ближнем и глубоком тылу наших войск потребовали принятия соответствующих мер. Имевшегося в 7-й армии истребительного авиаотряда для борьбы за господство в воздухе явно не хватало: сюда в конце мая из 11-й армии был направлен 2 Сибирский као; в июне 8 ад был усилен 28-м (из 4-й армии Западного фронта) и 35-м (из 7-й армии) корпусными авиационными отрядами. В начале июня вслед за передачей в 11 А XVII армейского корпуса в 11 ад прибыл 8 као из 8 А, где и оставался до конца августа [18]. В июле из 11-й армии в 7-ю был направлен 6 аао, вместо которого армия получила только что сформированный 11 аао. Во второй половине июля начали боевую работу только что сформированные 8-й (в 8 А) и 11-й (в 11 А) иао. Тогда же в состав 8 ад, обслуживавшего 8-ю армию, были включены прибывшие на Юго-Западный фронт со своими истребителями 4 лётчика-офицера из состава французской авиационной миссии, а 8 као придали истребительное звено (2 аппарата).

Что касается прибывших в июне подкреплений, то 3-ю армию обслуживал 3 ад в составе 9, 24 и 31-го корпусных авиаотрядов [19], а войска Гвардии — два авиационных отряда: Гвардейский [20] и 4-й Сибирский корпусной [21].

Такое усиление авиационной группировки ЮЗФ улучшило общую ситуацию, но не решило проблемы борьбы в воздухе в районе действий 8-й армии, что вызывало беспокойство А.А. Брусилова. 16 августа он письменно обратился к великому князю Александру Михайловичу [22], заведывавшему организацией авиационного дела в армиях ЮЗФ, предлагая сосредоточить воздушные силы «на важнейшем операционном направлении, жертвуя направлениями второстепенными» [23]. Под важнейшим направлением имелось в виду ковельское. Великий князь с идеей Брусилова согласился и предложил создать специальную истребительную авиагруппу [24]. В том же месяце в полосе ЮЗФ была сформирована Авиационная группа (АГ) армий ЮЗФ с включением в её состав 2, 4 и 19 као, снятых с других фронтов. К боевым действиям лётчики АГ приступили лишь с 24 августа 1916 года, когда ЮЗФ уже оборонялся на достигнутых рубежах, поэтому их участие в воздушной борьбе здесь не рассматривается.

Показав организацию и состав авиационных сил и средств, рассмотрим, как проходила воздушная борьба в полосе наступавшего ЮЗФ в период с 22 мая по 22 августа 1916 года.

23 мая, возвращаясь с разведки, самолёт 2-го Сибирского корпусного авиационного отряда (11 А) с наблюдателем штабс-ротмистром Н.А. Горчаниновым был атакован австрийским самолётом в районе Тарнополя. Не имея на борту оружия, Горчанинов пошёл в лобовую атаку. Австриец, не выдержав её, свернул. Горчанинов продолжал преследование, демонстрируя готовность таранить. Австрийский лётчик, уворачиваясь от атак, снизился и был сбит русской артиллерией [25]. (Правда, архивными материалами эта победа пока не подтверждается.)

24 мая в 30 као (9 А) военный лётчик поручик М. Шадский поднялся на самолёте «Моран-парасоль», вооружённом пулемётом «Виккерс», с целью воспрепятствовать разведке, которую вёл неприятельский «Альбатрос». Он настиг противника и вступил с ним в бой над деревней Раранч. По свидетельству очевидцев, поручик подбил самолёт противника, который упал (или совершил вынужденную посадку) за первой линией своих окопов [26]. Однако сведений о подбитом 24 мая австрийском самолёте в иностранных источниках пока не найдено. Что же касается М. Шадского, он погиб в этом бою, и его «Моран» упал в расположении противника. Австрийцы посмертно отметили героизм русского лётчика, сбросив венок и его орден на аэродром нашего авиационного отряда. По австрийским данным, М. Шадского сбил лётчик Курт Грубер (Kurt Gruber) на самолёте «Knoller-Albatros B. I» из 1-й авиароты (Flik 1), базировавшейся в Черновицах. У Грубера это была третья победа [27].

25 мая в 7 иао (7 А) командир отряда подпоручик И.А. Орлов с наблюдателем сотником Ильиным на «Ньюпоре-10», охраняя бомбардировщики «Илья Муромец», встретили неприятельский самолёт. После непродолжительного боя принудили его уйти и сесть в своём расположении. Ввиду неподтверждённости победа даже не заявлялась, но в журнале полётов отряда сохранилась запись об этом бое, хотя на данный момент эта победа иностранными исследователями также не подтверждена [28].

Русские асы Орлов, Янченко, Шкарин

В тот же день, по австрийским данным, два самолёта «Knoller-Albatros B. I» из 10-й авиароты (Flik 10: 1-й: пилот Карл Урбан (Karl Urban), наблюдатель Отто Ягер (Otto Jager) и 2-й: пилот Фриц Роттманнс (Fritz Rottmann’s), наблюдатель Филипп Граф Грунне (Philipp Graf Grunne)) в 7 ч 30 мин совместно сбили в районе Харлупы — Клевань (между Луцком и Ровно, на участке 8-й русской армии) два русских «Фармана». Один упал на землю около Острожец, второй спустился у м. Олыка. У Ягера это были третья и четвёртая победы, у Роттманса и Урбана — вторая и третья, а у Грунне — первая и вторая. Однако в российских документах пока не найдено сообщений о сбитых или подбитых в этот день в полосе ЮЗФ русских самолётах.

26 мая в 7 иао (7 А) командир отряда подпоручик И.А. Орлов на высоте 2500 м атаковал неприятельский аэроплан. Продолжая атаку от г. Черткова до занятой противником дер. Петликовце-Старе, снизился под огнём противника до высоты 500 м, ранил наблюдателя и лётчика, после чего неприятельский самолёт упал у леса Петликовце-Старе [29]. Позже за эту победу Орлов был награждён Георгиевским оружием [30]. Как потом выяснилось, Орлов сбил самолёт-разведчик «Lloyd C. II» из 9-й австрийской авиароты (Flik 9), базировавшейся на аэродроме у г. Подгайце. Пилот Карл Румилка (Karl Rumilka) и наблюдатель Вальтер Шмидт (Walter Schmidt) были ранены [31].

27 мая командир 9 ад (9 А) ротмистр Г.Г. Мацевич [32] применил способ управления воздушным боем с земли. По договорённости с лётчиками он указывал полотнищем направление, откуда появлялся самолёт противника. Успех оказался поразительным: за один день удалось сбить два самолёта, не понеся при этом никаких потерь [33]. Первая победа известна: в 9-м армейском авиационном отряде лётчик прапорщик И.М. Багровников и наблюдатель прапорщик А. Тарутин фотографировали позиции противника. Встретили неприятельский «Альбатрос» и вступили с ним в бой. Вскоре самолёт противника задымился, пошёл круто вниз с неработающим мотором и упал у высоты 246, что юго-восточнее дер. Похорлоуц [34]. Авторы и обстоятельства второй победы пока не установлены.

Летчик А.В. Шкарин28 мая в 7-й армии 4 самолёта вылетали на разведку. После двух последовательных воздушных боёв в результате повреждения и остановки мотора совершил вынужденную посадку в расположении противника лётчик 32 као прапорщик Б. Шварц с наблюдателем французом лейтенантом Ж. Котье. Оба авиатора попали в плен. По заявлению Шварца, они в этих боях сбили оба атаковавших их самолёта [35], однако никакими сведениями это пока не подтверждается.

29 мая в 11-й армии после внезапной атаки был ранен в бедро лётчик «охотник» М.В. Васильев из 6-го армейского авиационного отряда. Однако в отчёте о боевой работе за май 1916 года командир дивизиона есаул В.М. Ткачёв ничего не упомянул о потере самолёта или ранении наблюдателя, из чего можно с уверенностью предположить, что Васильеву удалось благополучно посадить машину на своей территории.

30 мая, по австрийским данным, лётчик Винценц Магерл (Vinzenz Magerl) и наблюдатель Рудольф Вебер (Rudolf Weber) на самолёте «Hanza-Brandenburg C. I» из 25-й австрийской авиароты (Flik 25) в 19 ч 30 мин в районе Збаража (15 км северо-восточнее г. Тарнополя, фронт 11-й армии) подбили русский самолёт «Вуазен», спустившийся затем на своей территории. У Вебера и Магерла это были первые победы [36]. Скорее всего, в данном случае речь идёт именно о М.В. Васильеве из 6-го армейского авиационного отряда, только где-то в отчётность вкралась ошибка в один день. Место и обстоятельства боя, а также его исход в показаниях обеих сторон совпадают.

10 июня, по австрийским данным, лётчик Юлиус Буса (Julius Busa), наблюдатель Герман Клеккер (Hermann Klecker) на самолёте «Lloyd C. II» из 14-й австрийской авиароты (Flik 14) над русским аэродромом Рудня сбили два биплана. У Бусы и Клекера это были первая и вторая победы [37]. Однако надо сделать небольшое пояснение. В районе Сарн есть две Рудни. Первая в 40 км севернее Сарн, вторая в 6 км западнее дер. Степань. В 16 км севернее Луцка тоже есть Рудня, и весьма вероятно, что здесь, в районе 8-й армии, располагался русский аэродром. Но пока в изученных отечественных архивных документах нет сведений о потерях авиации 8-й армии в этот день.

12 июня лётчики 7 иао (7 А) подпоручик И.А. Орлов и старший унтер-офицер В.И. Янченко на «Ньюпорах-11» подбили неприятельский самолёт у с. Подгайцы в районе Тарнополя [38]. За этот бой В.И. Янченко был награждён Георгиевским крестом 1-й степени [39].

В тот же день в 35 као (8 А) лётчик прапорщик Н.О. Волк с наблюдателем поручиком А.А. Санковским вылетел из Луцка на «Вуазене» на разведку и над линией фронта был атакован двумя неприятельскими самолётами. Получив повреждения, «Вуазен» перестал слушаться управления, соскользнул на левое крыло и самопроизвольно сделал две мёртвые петли. Российские авиаторы не пострадали, смогли вернуть управление аппаратом, но вынуждены были спуститься у м. Торчин [40]. Возможно, в этот день германские или австро-венгерские лётчики заявили о победе в воздушном бою.

27 июня в 28 као (8 А) лётчик подпоручик Б.А. Тихомиров и наблюдатель поручик Данилевич вылетели на «Вуазене» на фотографирование позиций противника в районе реки Стоход. Над д. Гулевичи вступили в бой с самолётом противника, «Вуазен» получил повреждения пропеллера, верхней плоскости и радиатора. Пилоту с трудом удалось посадить аппарат у Яблонки-Боровой. У подпоручика Тихомирова к тому же оказалась пробита каска [41].

11 июля около 20 ч при возвращении с разведки подвергся атаке и был сбит в районе д. Подгайце «Вуазен» 3 аао (7 А). Лётчик штабс-капитан Б.И. Беридзе и наблюдатель поручик В.Н. Ртищев погибли [42]. Победителем в этом воздушном бою оказался немецкий пилот лейтенант Леопольд Анслингер (leutnant Leopold Anslinger) из 54-го саксонского полевого авиаотряда германской армии (F.Fl.Abt. 54), пилотировавший одноместный истребитель «Fokker E. III». Это была его третья победа [43]. Немцы похоронили российских авиаторов, но после того как русские войска в ходе наступления заняли эту территорию, по указанию великого князя Александра Михайловича их тела вырыли и отправили для перезахоронения на родину. Оба российских авиатора за свой подвиг были посмертно награждены орденом Св. Георгия 4-й степени [44].

17 июля во время разведки самолёт «Моран-парасоль» с лётчиком прапорщиком А.В. Шкариным и лётчиком-наблюдателем прапорщиком А.Г. Федотовым 3 као (7-я армия) был сильно обстрелян неприятельской артиллерией, а после в районе дер. Гниловоды (восточнее д. Подгайце) ещё и атакован немецким истребителем «Фоккер» (по другим сведениям, двухместным бипланом типа «Шнейдер»). А.Г. Федотов получил ранение разрывными пулями в грудь и руку, однако продолжал вести огонь и сбил вражеский самолёт. А.В. Шкарину удалось посадить аппарат на своём аэродроме, Федотова доставили в госпиталь, где тот через два дня скончался. За этот бой оба авиатора были награждены орденом Св. Георгия 4-й степени (А.Г. Федотов — посмертно) [45].

21 июля в ходе воздушного патрулирования над р. Стырь (8 А), желая воспрепятствовать неприятелю в проведении разведки, вступил в бой с тремя самолётами-разведчиками лётчик су-лейтенант французской службы Э.М. Пульпэ, прикомандированный к 8-му истребительному авиационному отряду [46]. Воздушный поединок продолжался около часа, в результате «Ньюпор-11» Пульпэ был сбит [47]. За свой подвиг он посмертно удостоился высокой воинской награды — ордена Св. Георгия 4-й степени [48]. К моменту своей гибели Пульпэ уже имел статус аса с пятью победами на счету (четыре во Франции и одна в России) [49]. Победителем Пульпэ считается германский лётчик Эрвин Бёме (Erwin Böhme) 10-го боевого отряда из состава 2-й боевой эскадры (Kasta 10 из KG. II), летевший на двухместном самолёте «Albatros С. III» с наблюдателем Ладемахером (Lademaher). У обоих это была первая победа [50].

1 августа командир 11-го авиационного дивизиона (11 А) есаул В.М. Ткачёв с наблюдателем 11-го истребительного авиационного отряда подпоручиком Д.Д. Хризосколео на двухместном истребителе «Ньюпор-10» взлетел с аэродрома Дубно для преследования неприятельского аппарата, ежедневно проводившего разведку в данном районе. Нагнали противника у ст. Верба и несколько раз атаковали. Из-за нехватки бензина прекратили атаки и спустились на аэродром одного из корпусных авиаотрядов. В австрийском самолёте оказался пробит бензобак, и он совершил вынужденную посадку в нашем расположении у дер. Хотин. Аппарат «Aviatik B. II» 5-й австрийской авиароты (Flik 5), базировавшейся на аэродроме у г. Радзехов (40 км северо-западнее Броды), стал боевым трофеем, а оба члена экипажа — пилот Эдмунд Пиркер (Edmund Pirker) и наблюдатель Герберт Шольц (Herbert Scholz) пленены [51].

4 августа в 9 аао (9 А) лётчик «охотник» младший унтер-офицер З.В. Снимщиков и наблюдатель прапорщик А. Тарутин вылетели на «Вуазене» на фотографирование 3-й линии окопов противника, были атакованы неприятельским «Альбатросом», с которым вступили в бой и отогнали его. Позже были атакованы другим «Альбатросом» и снова вступили в бой, во время которого сходились 4 раза, после чего неприятельский самолёт, делая сильные крены, стал круто спускаться и упал на крыло у дер. Бережницы. Наш аппарат сначала летел нормально, потом потерял управление, и с высоты 2000 м упал в расположение своих войск. Самолёт был разбит, лётчик и наблюдатель получили ушибы [52]. По австрийским данным, экипаж самолёта «Hanza-Brandenburg C. I» из 29-й австрийской авиароты (Flik 29), базировавшейся на аэродроме в г. Станислав ( г. Ивано-Фраковск), пилот Андреас Домбровски (Andreas Dombrowski) и наблюдатель Франц Сучек (Franz Sycek) сбили в этот день над русской территорией двухместный русский самолёт «Вуазен». У Домбровски и Сучека это первые победы [53].

6 августа, по данным западных исследователей, командир 29-й австро-венгерской авиароты (Flik 29) капитан Оскар Сафар, чех по национальности, с наблюдателем лейтенантом резерва Мирко Вбранчичем (leutnant i.d.R. Mirko Vbrancic) вылетел на самолёте «Бранденбург Ц. I» («Brandenburg C. I») с аэродрома у г. Станислава для охраны места смотра войск, производившегося наследником эрцгерцогом Карлом. В воздушном бою в районе фронта 9-й русской армии с несколькими русскими самолётами Сафар получил ранение в правую руку, но смог посадить «Бранденбург» на территории, занятой своими войсками. Позже он умер от полученных травм. Австро-венгерское командование засчитало Сафару победу в этом бою над российским «Вуазеном» и посмертно наградило его медалью Леопольда [54]. В российских архивах сведений о победах или потерях 6 августа 1916 года в авиаотрядах 9-й армии пока найти не удалось. Но раз западные исследователи признают свою потерю в этот день, то факт русской победы следует считать достоверным.

15 августа в 32 као (7 А) командир отряда военный лётчик поручик В.Э. Попов и механик французской службы Лалье, вылетев на разведку в районе Гнилой Липы, были подбиты и опустились в неприятельском расположении. Экипаж попал в плен. Наш самолёт «Вуазен» подбил немецкий пилот лейтенант Леопольд Анслингер (leutnant Leopold Anslinger) из 54-го саксонского полевого авиаотряда германской армии (F.Fl.Abt. 54). Это была его четвёртая победа [55].

17 августа лётчик 28 као (8 А) поручик Б.А. Тихомиров и наблюдатель поручик Данилевич, летевшие на «Вуазене», увидев, что другой наш самолёт, производивший фотографирование позиций противника, подвергся нападению двух неприятельских аэропланов, вступили с ними в воздушный бой, в результате которого оказались сбиты над г. Луцком. Лётчик Б.А. Тихомиров был убит в воздухе, а наблюдатель Данилевич при падении сгорел. Возможно, оба погибли ещё в воздухе [56].

Летчик Первой мировой войны Леопольд Анслингер

В тот же день при возвращении из разведки «Вуазен» 35-го корпусного авиационного отряда (Особая армия) с лётчиком рядовым Г.Ф. Охрименко и наблюдателем поручиком С.С. Греймом подвергся атаке четырёх самолётов противника, которые преследовали русский самолёт до самого аэродрома в Торчине, несмотря на то, что он уже был в огне. При падении «Вуазен» взорвался, оба авиатора погибли [57]. С.С. Грейм был награждён орденом Св. Георгия 4-й степени, а Г.Ф. Охрименко — Георгиевским крестом 4-й степени (оба посмертно) [58].

18 августа к западу от Ново-Алексинец (11 А) противник усиленно производил воздушную разведку. Один вражеский самолёт был сбит лётчиком 11 иао хорунжим В.Н. Филипповым и наблюдателем подпоручиком Д.Д. Хризосколео [59].

Таким образом, по российским документам в период наступления ЮЗФ с 22 мая по 22 августа 1916 года счёт в воздушной борьбе установился 10—12 в пользу противника. Наши потери в лётном составе: погибли пятеро лётчиков и четыре наблюдателя, ещё по два лётчика и наблюдателя попали в плен. Итого безвозвратные потери лётного состава — семь лётчиков и шесть наблюдателей. Неподтверждённые отечественными источниками, но признанные командованием противника победы австро-венгерских авиаторов оставляют место для дальнейших исследований.

При рассмотрении результатов воздушных боёв по месяцам можно увидеть следующую картину. С началом наступления, в конце мая, инициативу в воздухе захватили русские лётчики: счёт воздушных боёв в мае оказался 4—3 в их пользу. При этом погиб один лётчик и по одному лётчику и наблюдателю попали в плен. Наиболее активная борьба в воздухе велась на фронтах 7-й (1 победа и 1 потеря) и 9-й (3 победы при 1 потере) армий. В июне противник подтянул на ЮЗФ дополнительные авиационные силы, и счёт стал уже 1—2 в его пользу. Тем не менее потерь в личном составе в российской авиации не было. В июле противоборство в воздухе стало складываться в пользу германской и австро-венгерской авиации: счёт июля 1—3, погибли по два лётчика и наблюдателя. Самые тяжёлые воздушные бои на ЮЗФ развернулись в августе. Российским лётчикам хотя и удалось восстановить паритет (счёт 4—4), но они при этом понесли потери: погибли по два лётчика и наблюдателя и ещё по одному попали в плен. Самые тяжёлые утраты в августе авиация ЮЗФ понесла на ковельском направлении (район действия 8-й и Особой армий), где были сбиты два самолёта, а четыре лётчика и наблюдателя погибли. В 7-й армии счёт оказался 1—0 в пользу противника: один экипаж из 32 као попал в плен. В 9-й армии счёт августа 2—1 в пользу нашей авиации без людских потерь. В августе отличились авиаторы 11-й армии: они одержали две победы без своих потерь. Кстати, обе победы на счету одного лётчика-наблюдателя 11 иао подпоручика Д.Д. Хризосколео, летавшего с разными лётчиками.

Анализ воздушных боёв с 22 мая по 22 августа 1916 года показывает, что отлично зарекомендовали себя авиаторы 9-й армии — 5 побед при двух потерянных самолётах и одном погибшем лётчике. Авиация 11-й армии при своей немногочисленности (3 отряда в начале наступления) тоже провела операцию «в плюсе» — две победы на один подбитый самолёт без людских потерь. В небольшом «минусе» оказались авиаторы 7-й армии — три победы при четырёх потерянных самолётах. При этом в воздушных боях погибли один лётчик и двое наблюдателей, ещё по двое человек попали в плен. На ковельском направлении, где действовали 8-я, Особая и некоторое время 3-я русские армии, счёт очень показателен и трагичен: 0—5 в пользу противника. При этом людские потери составили пять человек: погибли три лётчика и двое наблюдателей.

Но главное не количество побед или потерь в воздушных боях, а то, что, в июне—июле 1916 года авиация противника захватила господство в воздухе на участке основных боевых действий войск ЮЗФ — ковельском направлении (район боевых действий 8-й, 3-й и Особой русских армий). Авиация противника успешно мешала проведению воздушной разведки нашими самолётами, а со своей стороны часто совершенно безнаказанно производила разведку позиций российских армий и совершала бомбардировочные налёты на наши войска и объекты ближнего тыла крупными группами.

Русские асы Ткачев и Мацевич, летчик-наблюдатель Хризосколео

Успех авиации 9-й армии можно объяснить несколькими причинами. Во-первых, все авиаотряды армии были выведены из подчинения командирам корпусов и оперативно подчинены командиру 9-го авиационного дивизиона ротмистру Г. Г. Мацевичу [60]. Командир дивизиона, близкий к командованию армии и лучше, чем командиры корпусов, осведомлённый об обстановке на всём фронте армии, более рационально ставил задачи отрядам и при необходимости перераспределял их силы. Сосредоточение руководства всеми авиаотрядами армии в одних руках было осуществлено и в 8-й армии (командир 8 ад штабс-капитан Г.Л. Шереметевский), но там объективные причины не позволили добиться аналогичного успеха.

Во-вторых, частью успеха 9 ад обязан личности своего командира. Ротмистр Г. Г. Мацевич был опытным лётчиком и руководителем. Он умело командовал подчинёнными авиаотрядами, грамотно распределял силы и средства, смело применял новые методы действия авиации и руководства ею.

В-третьих, 9-я армия имела одну из наибольших авиационных группировок на ЮЗФ — 5 отрядов, и в течение летней кампании её состав практически не менялся.

Таблица 1. Результативность борьбы в воздухе авиации ЮЗФ в период наступления (22 мая – 22 августа 1916 г.)

Результативность русской авиации в Брусиловском прорыве

Таблица 2. Результативность русской авиации в период подготовки и проведения наступления ЮЗФ (1 апреля – 22 августа 1916 г.)

Результативность русской авиации в Брусиловском наступлении


В-четвёртых, авиаторам армии противостояли пилоты Австро-Венгрии, которые уступали своим германским коллегам в боевых качествах.

Э.Пульпэ перед боевым вылетомТяжёлый результат воздушной борьбы на ковельском направлении во многом объясним тем, что российским авиаторам пришлось столкнуться с подавляющим количественным и качественным превосходством противника. После переброски в район Ковеля боевых эскадр KG. I и KG. II группировка вражеской авиации количественно превосходила авиацию 8-й русской армии примерно в 4 раза, к тому же эти эскадры имели на вооружении лучшие на то время самолёты. Российское командование не смогло, да и объективно не могло найти достойный ответ. Несмотря на то что на ЮЗФ (в основном на фронт 8-й армии) бросались почти все вновь формируемые авиаотряды, оперативно в таких же количествах (в несколько раз) нарастить свою авиационную группировку в данном районе фронта было нечем. Да и выставить на фронт какие-либо более совершенные самолёты не представлялось возможным, таковых попросту не было. Ситуация в корне изменилась лишь только после сформирования Авиационной группы ЮЗФ, которая смогла на отведённом ей участке фронта отвоевать господство в воздухе и удерживать его продолжительное время, но это было уже после окончания Брусиловского прорыва.

В период наступательной операции богатый боевой опыт приобрели первые истребительные авиаотряды российского Военного воздушного флота — 7-й и 8-й. 7 иао по итогам Первой мировой войны стал одним из самых результативных в России, воспитав в своих рядах целую плеяду лётчиков-асов. Огромный опыт ведения оборонительных воздушных боёв приобрели российские пилоты разведывательных авиаотрядов: корпусных и армейских.

В рассматриваемый период свои первые (а кто-то уже и очередные) победы в воздухе одержали будущие российские, германские и австро-венгерские асы. В ВВФ России это были И.А. Орлов (7 иао — всего 6 побед), В.И. Янченко (7 иао, позднее 32 као — 12 побед) и И.М. Багровников (9 аао — 5 побед) [61]. В германской авиации летом 1916 года третью и четвёртую победы одержал Леопольд Анслингер (F.Fl.Abt. 54, Fl.Abt. 24, Fl.Abt. 242 — 10 побед, все на русском фронте) и первую — Эрвин Бёме (Kasta 10, Jasta 2, 9 — 24 победы, из них одна, первая, на русском фронте) [62]; в авиации Австро-Венгрии — Р. Вебер (Flik 25, 2 — 6 побед, из них 1, первая, на русском фронте), К. Грубер (Flik 1, 41J, 60J — 11 побед, из них 3 на русском фронте) и А. Домбровски (Flik 29, 68J — 6 побед, из них 1, первая, на русском фронте и 4 на румынском) [63].

Всего за время подготовки и проведения летнего наступления войск Юго-Западного фронта его лётчики сбили и подбили в воздушных боях 14 самолётов противника, потеряв при этом сбитыми и подбитыми 13 своих. Безвозвратные потери лётного состава составили 13 человек: 7 лётчиков и 6 наблюдателей [64].

Подводя итог, можно сказать, что авиация Юго-Западного фронта весной и летом 1916 года достойно сражалась с численно и качественно превосходившим её противником и в основном справилась с поставленными перед ней задачами.

ПРИМЕЧАНИЯ

[1] Далее все даты приводятся по старому стилю (Юлианскому календарю). Хронологические рамки Брусиловского прорыва взяты по: Югo-Западного фронта наступление // Военная энциклопедия. В 8 т. М.: Воениздат, 2004. Т. 8. С. 525—527.
[2] 11 июня в состав ЮЗФ была также передана 3 А генерала от инфантерии Л.В. Леша, а в начале июля из вновь прибывших в состав ЮЗФ войск была создана армейская группа генерала от кавалерии В.М. Безобразова (в которую вошла и императорская гвардия), преобразованная 15 августа в Особую армию (генерал от кавалерии В.И. Гурко).
[3] Российский государственный военно-исторический архив (РГВИА). Ф. 6053. Оп. 1. Д. 2. Л. 26; Боевое расписание армий Юго-Западного фронта к 22 мая (4 июня) 1916 г. См.: Ветошников Л.В. Брусиловский прорыв. Оперативно-стратегический очерк. М., 1940. С. 168—178; Ткачёв В.М. Крылья России. Воспоминания о прошлом русской военной авиации. 1910—1917 гг. СПб.: ГИЦ «Новое культурное пространство», 2007. С. 451— 458; Хайрулин М.А. «Илья Муромец». Гордость русской авиации. М.: Коллекция; Яуза; ЭКСМО, 2010. С. 98, 99.
[4] Назин И., Бараков И., Латышев А. Авиация в Брусиловском прорыве // Воен.-истор. журнал. 1940. № 12. С. 110.
[5] РГВИА. Ф. 6076. Оп. 1. Д. 51. Л. 34, 39; Ф. 6053. Оп. 1. Д. 2. Л. 82—179.
[6]  По материалам автора, Б.Ю. Степанова (Санкт-Петербург) и А. Блума (США).
[7] Подробнее см.: Аверченко С.В., Лашков А.Ю. Действия авиации и зенитной артиллерии в ходе Брусиловского прорыва летом 1916 года // Воен.-истор. журнал. 2011. № 6. С. 13, 14.
[8] Подсчитано С.В. Аверченко по: Grosz P.M., Haddow G., Schiemer P. Austro-Hungarian Army Aircraft of World War One. Flying Machines Press, Mountain View, California, USA. 1993. P. 541—552.
[9] Grosz P.M. Fokker E. III (Windsok datafile № 15). Albatros production, Berkhamsted, Great Britain. 1989. P. 16, 17.
[10] Наступление Юго-Западного фронта в мае — июне 1916 года. Сборник документов. М.: Воениздат, 1940. Схемы 3 и 4.
[11] Следует отметить, что представленная работа отражает освоение темы автором на данный момент, в последующем, по мере дальнейшего её изучения, некоторые цифры могут измениться.
[12] По материалам личных архивов С.В. Аверченко и А. Блума (США). Российское командование в 1916 г. считало, что в районе Ковеля действовала одна KG. II в составе четырёх авиаотрядов. См.: Сведения о германской авиации. Пг., 1918. С. 5, 6.
[13]  August G. Blume. Air War East: Bombing and Reconnaissance on the Russian Front 1914—1917 // Over the front. 1996. № 2. Р. 132—154.
[14] Генрих фон Лит-Томсен (1867—1542) — германский военачальник, генерал авиации (1942). В годы Первой мировой войны начальник Полевого воздушного флота (с 1915 г.), начальник штаба воздушных сил (с октября 1916 г.).
[15] Брусилов А.А. Мои воспоминания. М.: «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН), 2001. С. 188.
[16] По материалам А. Блума (США).
[17] Grosz P.M., Haddow G., Schiemer P. Op. cit. P. 541—552.
[18] РГВИА. Ф. 2077. Оп. 1. Д. 16. Л. 57—59; Ф. 6067. Оп. 1. Д. 51. Л. 27, 58.
[19] В это время в 3-м дивизионе формировался 3 иао, но к боевым действиям он приступил только в конце августа 1916 г.
[20] Полное официальное название — Авиационный отряд Гвардейского корпуса.
[21] Формировался также 6 иао, но к боевым полётам он приступил только в конце августа — начале сентября 1916 г.
[22]  Александр Михайлович (1866—1933), великий князь, начал службу в 1882 г. на Балтийском флоте, совершил ряд плаваний, контр-адмирал (1903), вице-председатель Особого комитета по усилению флота на добровольные пожертвования, вице-адмирал и генерал-адъютант (1909). С 1909 г. начальник отдела воздушного флота при Особом комитете, с сентября 1914 г. заведующий организацией авиационного дела в армиях ЮЗФ, а с января 1915 г. — и в целом в действующей армии. Адмирал (1915), 21 марта 1917 г. вышел в отставку, в декабре 1918 г. эмигрировал во Францию, где возглавлял Союз русских военных лётчиков.
[23] РГВИА. Ф. 2008. Оп. 1. Д. 66—67. Л. 3, 156.
[24] Елисеев С.П. Организационное строительство военной авиации России (1910—1917 гг.). М.: ВВИА им. проф. Н.Е. Жуковского, 2008. С. 58.
[25] Зарецкий В.М. Воздушный флот в Первой мировой войне / Уч. пособ. Монино, 1994. С. 159. Ссылка на: Русское слово. 1916. 24 мая.
[26] РГВИА. Ф. 2008. Оп. 1. Д. 116. Л. 23; Ф. 6098. Оп. 1. Д. 21. Л. 25.
[27] O’Connor M. Air Aces of the Austro-Hungarian Empire 1914—1918. Flying Machines Press, Mountain View, California, USA. 1986. Р. 67, 293.
[28] РГВИА. Ф. 6053. Оп. 1. Д. 3. Л. 112.
[29] Там же. Ф. 2008. Оп. 1 Д. 1770. Л. 30; Ф. 6053. Оп. 1. Д. 3. Л. 125; Д. 29. Л. 9.
[30] Нешкин М.С., Шабанов В.М. Авиаторы — кавалеры ордена Св. Георгия и Георгиевского оружия периода Первой мировой войны 1914—1918 годов / Биогр. справочник. М., 2006. С. 217, 218.
[31] По материалам А. Блума (США).
[32] Мацевич Густав Густавович — военный лётчик, полковник Императорской русской армии. Командир Осовецкого крепостного авиаотряда (1912—1914), 7-го корпусного авиаотряда (1914—1916), 9-го авиадивизиона (с апреля 1916 г.). 19 октября 1916 г. назначен инспектором авиации Западного фронта. После революции служил в польской армии. В 1922 г. — бригадный генерал.
[33] Назин И., Бараков И., Латышев А. Указ. соч. С. 115.
[34] РГВИА. Ф. 2139. Оп. 1. Д. 1441. Л. 18.
[35] Там же. Ф. 2008. Оп. 1. Д. 1770. Л. 30; Ф. 2077. Оп. 1. Д. 18. Л. 15, 16.
[36] O’Connor M. Op. cit. Р. 169, 318.
[37] Ibid. Р. 173, 319; Grosz P.M., Haddow G., Schiemer P. Op. cit. P. 472, 483.
[38] РГВИА. Ф. 2008. Оп. 1. Д. 852. Л. 47, 48, 52; Ф. 6053. Оп. 1. Д. 22. Л. 171; Д. 2. Л. 183, 223; Воен. сборник. 1916. № 7. С. 208.
[39] РГВИА. Ф. 13889. Оп. 1. Д. 2. Л. 12.
[40] Там же. Л. 182.
[41] Там же. Ф. 2008. Оп. 1. Д. 116. Л. 23; Воен. сборник. 1916. № 8. С. 204.
[43] Franks N., Baily F., Guest R. «Above the lines». The ases and fighter units of the German air service, Naval air service and Flandres Marine corps. 1914—1918. London, 1993. P. 62; Tesař P.A. Fokker versus Voisin aneb Eso ζ Haliče — Leopold Anslinger // REVI. 2002. № 44. P. 20—24.
[44] Нешкин М.С., Шабанов В.М. Указ. соч. С. 42, 43, 251, 252.
[45] РГВИА. Ф. 2008. Оп. 1. Д. 2389. Л. 116; Ф. 6053. Оп. 1. Д. 29. Л. 9—13; Нешкин М.С., Шабанов В.М. Указ. соч. С. 292, 293, 308.
[46] В отечественной литературе по истории российской авиации в годы Первой мировой войны устойчиво закрепилась точка зрения, что Э.М. Пульпэ был лётчиком 10 иао. Документы, хранящиеся в РГВИА, этого не подтверждают. Су-лейтенант Эдуард Пульпэ прибыл в Россию в составе французской авиационной миссии и был направлен для службы на Западный фронт, в 10-й авиационный дивизион. В начале июля 1916 г. он был прикомандирован вместе с французом су-лейтенантом Линьяком к 27 као в качестве пилотов истребительного отделения отряда. 5 июля Э.М. Пульпэ на истребителе «Ньюпор» совершил перелёт протяжённостью 110 вёрст на стоянку отряда по маршруту Минск — Молодечно — Малиновщина. Но в это время в полосе действия 8-й армии ЮЗФ сложилась тяжелейшая обстановка в воздухе, и в эту армию командованием были направлены подкрепления истребительной авиации, в том числе 4 лётчика-истребителя из состава французской миссии со своими самолётами. Среди них был и Э.М. Пульпэ, направленный в 8-й истребительный авиационный отряд. См.: РГВИА. Ф. 2008. Оп. 1. Д. 194. Л. 222, 242.
[47] Там же. Л. 242; Вестник Воздушного Флота. 1918. №2. С. 20.
[48] Нешкин М.С., Шабанов В.М. Указ. соч. С. 242.
[49] Durkota A., Darcey T., Kulikov V. The Imperial Russian Air Service. Famous Pilots and Aircraft of World War I. Flying Machines Press, Mountain View, California, USA, 1995. P. 174—177, 475.
[50] Franks N., Baily F., Guest R. Op. cit. P. 77.
[51] РГВИА. Ф. 2077. Оп. 1. Д. 103. Л. 54; Ф. 6076. Оп. 1. Д. 51. Л. 64, 65; Ткачёв В.М. Указ. соч. С. 464—466; Материалы А. Блума (США).
[52] РГВИА. Ф. 2008. Оп. 1. Д. 2006. Л. 5; Ф. 6049. Оп. 1. Д. 1. Л. 239—241.
[53] O’Connor M. Op. cit. Р. 141, 311.
[54] По материалам А. Блума (США).
[55] Franks N., Baily F., Guest R. Op. cit. P. 62; Tesař P.A. Op. cit. P. 20—24.
[56] РГВИА. Ф. 2008. Оп. 1. Д. 116. Л. 23; Воен. сборник. 1916. № 9. С. 211.
[57] РГВИА. Ф. 493. Оп. 3. Д. 156. Л. 13; Ф. 2134. Оп. 2. Д. 319. Л. 402 об.
[58] Там же. Ф. 13889. Оп. 1. Д. 2. Л. 35; Нешкин М.С., Шабанов В.М. Указ. соч. С. 91.
[59] Воен. сборник. 1916. № 9. С. 211.
[60] См.: Ткачёв В.М. Указ. соч. С. 453.
[61] По победам российских асов — подсчёт автора по документам РГВИА.
[62] Franks N., Baily F., Guest R. Op. cit. P. 62, 77, 78; Tesař P.A. Op. сit. P. 20—24.
[63] По победам австро-венгерских асов см.: O’Connor M. Op. cit. Р. 66—69, 168, 169, 267, 293, 311, 318; Chant C. Austro Hungarian aces of World War 1 (Osprey aircraft of the aces № 46). Osprey Publishing. Oxford. UK. 2002. P. 89, 90.
[64] Подсчитано С.В. Аверченко по материалам РГВИА.

Выражаем искреннюю признательность автору статьи полковнику в отставке С.В. АВЕРЧЕНКО за материалы, любезно предоставленные для электронной публикации на страницах www.retroplan.ru

RSS Feeds

Rambler's Top100 2008-2017 © РетропланЪ
При использовании материалов сайта активная ссылка на источник обязательна.
Карта сайта - О проекте - Новости - Контакты